Тест: любишь ли ты себя

В неудаче вы разговариваете с собой примерно так же, как разговаривали бы с близким другом: без разноса и приговоров. Это не потакание себе — в исследованиях такое отношение связано с более быстрым восстановлением и, что важно, с большей готовностью взяться за дело заново. Стоит и дальше держать эту привычку — при первом позыве себя отчитать спрашивать, сказали бы вы так другу.

Со своими промахами вы обращаетесь мягче, чем могли бы, — внутренний голос иногда всё же ужесточается, но не срывается на разнос. Отдохнуть без чувства вины у вас получается почти всегда.

Из-за чужой ошибки вы редко станете себя ругать, а вот за собственный промах внутренний голос делается заметно жёстче, чем был бы к другу в той же ситуации.

Оступившись, вы устраиваете себе разбор в жёстких выражениях. Такая внутренняя критика ощущается как требовательность, но работает наоборот: сил на вторую попытку она не оставляет. Полезный приём — заметить фразу, которую вы сказали себе, и проверить, сказали бы вы её другу.

Вы помните, что трудности и ошибки бывают у всех, и не считаете себя исключением из общего правила. Это ощущение снимает изоляцию, которая обычно и делает неудачу такой тяжёлой. Стоит и дальше напоминать себе об этом в трудный момент — вслух или про себя.

Вы обычно помните, что трудности случаются у всех, и это ощущение не исчезает даже наедине с собой — разве что в самый острый момент проблемы оно на время отступает.

Когда рассказываете о трудности другому, легко соглашаетесь, что это со всеми случается, а наедине с собой в момент проблемы кажется, что она только ваша.

В трудный момент вам кажется, что вы один такой: у остальных всё получается, а проблема именно в вас. Это ощущение почти всегда обманчиво, но переживается очень убедительно. Помогает простой шаг — рассказать о трудности хотя бы одному человеку и заметить, что ему это тоже знакомо.

Вы замечаете свои переживания, не преувеличивая их и не отмахиваясь от них. Умение назвать чувство и не провалиться в него — то, чему учат в терапии в первую очередь. Стоит и дальше при сильном переживании просто называть его словом — это само по себе снижает накал.

Большинство своих переживаний, включая довольно сильные, вы способны заметить и назвать словом, не проваливаясь в них. Только самые острые эмоции иногда всё же требуют отвлечься делами, чтобы прийти в себя.

Лёгкую досаду вы замечаете и называете спокойно, а вот сильное переживание — обиду, страх — либо накручиваете сверх меры, либо гоните прочь делами.

Вы либо подолгу прокручиваете неприятное, либо стараетесь не замечать его вовсе. Оба способа стоят дорого: в первом случае переживание разрастается, во втором возвращается позже и сильнее. Помогает короткая пауза с одним вопросом: что именно я сейчас чувствую, одним словом.